Здесь погребен Гиппократ, фессалиец, рожденный на Косе, Феба бессмертного он отпрыском доблестным был. Много трофеев стяжал, врачеваньем сражая недуги, Славен искусством своим, а не случайной судьбой. Был он при жизни рабом, а теперь он, тот же, умерший Значит не меньше тебя, Дарий, прославленный царь. Прежде Сосима была только телом единым рабыней, Ныне и телу ее вольная также дана. Рыбу удил рыбак, и на ловле его увидала Дочь богача, воспылав страстной любовью к нему. Замуж пошла за него и ему вместо нищенской жизни Выпало разом в удел много надменных богатств, секс знакомства дмитровск.
Но, речь отвергая, Молвит Судьба-госпожа Это подарочек мой. Нет, не ради тебя вознесен ты судьбою, но чтобы Всем показать, что она может свершить и с тобой. Так пусть же мне боги даруют Счастья не слишком, но пусть и не жалеют меня. Что мы страдаем, глупцы, и зачем это наше безумье Души сжигает у нас, словно безудержный страх? Тяжба велась, и глухими там были истец и ответчик Больше, чем оба они, глух был при этом судья. Смотрит на них судия, изрекая Что спорите оба, Разве не мать она вам? Лампа, трижды тобою подруга клялась, что вернется, И не идет.
Милая играм ночным, ты погасни, лишив в наказанье Светочи очи ее светочей дивных твоих. Я плачу о доле живущих Страхом замедленным жжет их предстоящая смерть, секс знакомства дмитровск.
Нужно ей только местечко, где сладкие чашечки меда Щедро сливает она нам из ячейки своей. Радуйтесь пчелы святые, питайтесь цветов изобильем, Дива крылатые, нам нектар эфирной неся! Часто ты голову красишь, но старости краской не скроешь, И натяженьем со щек ты не изгонишь морщин. Так перестань все лицо орошать ты мазью обильно, Чтобы, им быть перестав, маской не стало оно. Эй, человек, если вспомнишь, что делал тогда твой родитель, Как создавал он тебя, спесь твоя мигом слетит. Но в сновидениях бредя, Платой тебя спесью наполнил Тщетной, назвавши тебя отпрыском вечным небес. Что ж, если хочешь ты правду услышать, постыдною страстью, Ты лишь соитьем рожден, капелькой жалкой одной. Все, прорицатель небесный, тебе открываются звезды, И предвещают они судьбы грядущие всем. Всем и супруга твоя предлагает себя, и об этом Звезды все знают и все ж не предвещают тебе. Впрочем, коль в делах жены Вразрез с твоим случится что-то мнением, Всем это станет явным прежде, чем тебе.
Что ты, глупец, средь звезд узнать стараешься Твоей супруги нравы? Пока ты в небе ищешь, что творит жена, Та на земле все, что хотела, сделала. Что ж ты стремишься познать, что, постигнутым будучи, ранит? О если бы мог перестать ты Столь беспокойно искать то, что боишься найти! Очень далеко Сатурн, и давно он слепой, уверяют, Не различает вблизи камень или мальчик пред ним. Всходит прекрасная ликом Луна с целомудренным взором, Дева сама созерцать может лишь девье она. Занят Юпитер Европой, а Марс и Венера друг другом, Гиркой Меркурий опять, Дафной своей Аполлон. Ясно отсюда, астролог когда у супруги любовник, То ничего сообщать звезды не станут тебе. Снова воззрившись, когда от соблазнов жена убегает, Всем прорицатель кричит, будто порочна она. Все, что прельщает несчастных в несчастий исполненном мире, Вянет, исчезнув навек, гибнет как роза весны. Нет ни единого здесь, кто бы так был обласкан судьбою, Чтобы хоть в чем-то его не придавила беда.
Разве не глупо страшиться нам смерти начала покоя, Если недуги бегут и нищета от нее? Только единая смерть лишь единожды к смертным приходит, Ни к одному из людей дважды она не пришла. Все же другие недуги, один за другим нападая, Этого или того трижды, четырежды гнут. Если бы жизнь у меня до Сивиллиных лет продолжалась, Помнил бы я и тогда пастыря благость вовек. Земли в аренду сдает он, больших городов обладатель, Сотнею слуг окружен, он выступает всегда. С просьбой пришел я к нему, но и малое он достоянье Отнял мое, а со мной ласков поистине был. Я не ушел без того, чтоб не выпить вина из бокалов Черного, сам он достал ключ от шкатулки своей. Кажется, высшее благо, но близко беда, и, напротив, Беды достигли высот, благо, глядишь, впереди. Беды отважно сноси и не делайся дважды несчастным, Не торопись умирать благо вернуться должно. Не безрассудство ль в тебе полагаться на долгую старость, Если и часа в твоей жизни надежного нет? Ну, хорошо, суждены тебе долгие Нестора годы, Долгие годы всегда полнятся множеством бед.
Пусть избежал ты всего, чем терзается возраст зеленый, Старость, согнувшись в дугу, долгую горечь несет. Но чтобы поздних годин никому не давалось такое, Мог ты достичь, от себя всякое зло удали. Мы пустословим, и смерть далеко, далеко полагаем, Но в средоточье нутра тайно сокрыта она. Может быть, в тот самый час, как на свет мы рождаемся только, Вместе, стопою одной, жизнь к нам крадется и смерть. Тайно какую-то часть, что его самого отмеряет, Час твоей жизни любой сам же у жизни крадет. Мало-помалу уходим, в одно мы мгновение гаснем, Масла лишенный, вот так гибнет светильник во тьме. Только богатства души настоящим считаю богатством И у того, кто себе пользу извлек из богатств.